Уединенный домик на Васильевском




Уединенный домик на	Васильевском (Рис. Н. А. Груздев)
Интересная история создания повести Владимира Титова «Уединенный домик на Васильевском» (1828), описанная самим автором: «В строгом историческом смысле это вовсе не продукт Космократова, а Александра Сергеевича Пушкина, мастерски рассказавшего всю эту чертовщину уединенного домика на Васильевском острове поздно вечером у Карамзиных, к тайному трепету всех дам, и в том числе обожаемой тогда самим Пушкиным и всеми нами Екат. Никол., позже бывшей женою кн. Петра Ив. Мещерскаго. Апокалипсическое число 666, игроки-черти, метавшую на карту сотнями душ, с рогами, зачесанными под высокие парики, - честь всех этих вымыслов и главной нити рассказа принадлежит Пушкину. Сидевший в той же комнате Космократов подслушал, воротясь домой, не мог заснуть почти всю ночь и несколько времени спустя положил с памяти на бумагу. Не желая, однако, быть ослушником ветхозаветной заповеди «не укради», пошел с тетрадью к Пушкину в гостиницу Демут, убедил его прослушать от начала до конца, воспользовался многими, но ныне очень памятными его поправками, и потом, по настоятельному желанию Дельвига, отдал в «Северные цветы».
Героиня повести девушка Вера, жившая вместе с матерью на Васильевском острове в Петербурге, становится объектом внимания некоего Варфоломея. Вместе с тем нежные чувства питал к Вере и молодой повеса Павел, молодость которого утонула в картежных играх, увеселениях и ночных прогулках. И помогал ему в этом, а часто суживал деньгами, его друг – все тот же Варфоломей. Но после того, как он увидел Веру, то приложил все усилия для того, чтобы завладеть Верой – ее телом и душой. И особенно душой, т.к. на самом деле он был не иначе, как сам дьявол. Варфоломей опозорил Павла в глазах Веры, свел в могилу ее матушку, спалил их дом, но душа Веры осталась нетронутой. После этого она тихонько скончалась, а прозревший Павел уехал из столицы, поселился в дальней вотчине, а спустя несколько лет там же и умер.

© Виталий Карацупа, 2005